загрузка...

Две женщины Григория Мелехова (по роману Шолохова «Тихий Дон»)

Печать
Рейтинг пользователей: / 7
ХудшийЛучший 

Если на время отстраниться от исторических событий, то можно отметить, что в основе романа М. А. Шолохова «Тихий Дон» лежит традиционный любовный треугольник.

Наталья Мелехова и Аксинья Астахова любят одного и того же казака — Григория Мелехова. Он женат на Наталье, но любит Аксинью, а та, в свою очередь, замужем за другим казаком, Степаном Астаховым. К финалу романа умирают и Наталья и Аксинья.

Что же привело двух почти во всем различных между собой женщин к столь печальному исходу?

В самом общем виде на этот вопрос можно ответить так: любовь к Григорию. Наталья не может перенести того, что муж продолжает любить Аксинью, не хочет из-за этого иметь от него еще одного ребенка и совершает самоубийственный аборт.

Аксинью же любовь к Григорию гонит вместе с ним на Кубань. А поскольку Мелехов скрывается от властей, им приходится бежать от попавшегося навстречу патруля. Пуля патрульного случайно ранит Аксинью, и ранит смертельно.

Конец каждой из героинь по-своему закономерен.

Наталья — женщина нервная, рефлектирующая. Она трудолюбива, красива, добра, но несчастна. Наталья, только узнав о сватовстве Мелеховых, заявляет: «Люб мне Гришка, а больше ни за кого не пойду!.. Не нужны мне, батенька, другие. Не пойду, пущай и не сватают. А то хоть в Усть-Медведицкий монастырь везите».

Она человек глубоко верующий, богобоязненный. И чтобы решиться сперва на попытку самоубийства, а потом на убийство не родившегося еще ребенка, она должна была переступить через столь важные для нее христианские заповеди.

Только сильнейшее чувство любви и ревность подвигли Наталью на такие поступки. Горе свое она переживает в себе, не выплескивая его наружу.

Аксинья же с самого начала «решила отнять Гришку у Натальи Коршуновой. Одно лишь решила накрепко: Гришку отнять у всех, залить любовью», владеть им, как раньше, до женитьбы. Но в столкновении двух любящих Григория женщин победителей, как мы знаем, не будет.

Из-за измены мужа Наталья временно возвращается в родительский дом. «Ей все казалось, что Григорий вернется к ней, сердцем ждала, не вслушиваясь в трезвый шепот разума; исходила ночами в жгучей тоске, крушилась, растоптанная нежданной незаслуженной обидой».

Аксинья, в отличие от Натальи, любит Григория не только сердцем, но и умом. Она готова бороться за любимого всеми доступными средствами. Аксинья активно стремится к своему счастью, делая при этом несчастной Наталью.

Однако доброта свойственна ей в не меньшей степени, чем сопернице. После смерти Натальи именно Аксинья ухаживает за ее детьми, и они называют ее мамой. Наталья же задолго до смерти склоняется к тому, чтобы вместе с детьми уйти в родительский дом, позволив Григорию уже открыто взять в свой курень Аксинью:

Однако мать Григория, Ильинична, по авторскому определению, «мудрая и мужественная старуха», делать ей это категорически запрещает: «Смолоду и я так думала, — со вздохом сказала Ильинична. — Мой-то тоже был кобелем не из последних. Что я горюшка от него приняла, и сказать нельзя. Только уйти от родного мужа нелегко, да и не к чему. Пораскинь умом — сама увидишь. Да и детишек от отца забирать, как это так? Нет, это ты зря гутаришь. И не думай об этом, не велю!»

Тут «все, что так долго копилось у Натальи на сердце, вдруг прорвалось в судорожном припадке рыданий. Она со стоном сорвала с головы платок, упала лицом на сухую, неласковую землю и, прижимаясь к ней грудью, рыдала без слез».

В исступлении Наталья осыпает самыми страшными проклятиями неверного мужа: «Господи, накажи его проклятого! Срази его там насмерть! Чтобы больше не жил он, не мучил меня!». И обрекает себя на мучительную смерть, пытаясь избавиться от его ребенка. Ильинична собиралась с помощью Пантелея Прокофьевича отговорить от неразумного поступка «взбесившуюся с горя сноху», но не успела.

Наталья именно «с горя взбесилась». Аксинья уравновешеннее Натальи. Она тоже хлебнула немало горя, пережила смерть дочери. Однако воздержалась от резких, необдуманных поступков.

Аксинье хочется, чтобы они с Григорием могли соединиться навсегда, избавиться от людских пересудов, зажить нормальной жизнью. Ей кажется, что эта мечта может сбыться после смерти Натальи. Аксинья нянчит мелеховских детей, и те почти что признают в ней мать.

Но Григорию так и не довелось спокойно пожить с ней. Почти сразу после возвращения из Красной Армии он вынужден бежать из родного хутора, поскольку опасается ареста за старые грехи — активное участие в вешенском восстании.

Аксинья тоскует без него, боится за его жизнь: «Видно, и ее, такую сильную, сломили страдания. Видно, солоно жилось ей эти месяцы». Тем не менее, Аксинья с готовностью откликается на предложение Григория бросить дом, детей (их Мелехов рассчитывает забрать позднее) и отправиться с ним на Кубань навстречу неизвестности. «Как бы ты думал?... Сладко мне одной? Поеду, Гришенька, родненький мой! Поползу следом за тобой, а одна больше не останусь! Нету мне без тебя жизни. Лучше убей, но не бросай опять!». Она, разумеется, не подозревает, что быть ей вместе с Григорием суждено очень недолго, что ждет ее скорая и нелепая гибель.

Григорий воспринимает как трагедию смерть обеих женщин. Узнав, что на роковой шаг Наталью толкнул разговор с Аксиньей, рассказавшей его жене всю правду, Григорий «из горницы вышел постаревший и бледный; беззвучно шевеля синеватыми, дрожащими губами, сел к столу, долго ласкал детей, усадив их к себе на колени».

Понимая, что он виноват в смерти жены, Григорий представил себе, как Наталья прощалась с ребятишками, как она их целовала и, быть может, крестила, и снова, как тогда, когда читал телеграмму о ее смерти, ощутил острую, колющую боль в сердце, глухой звон в ушах. Как замечает автор, Григорий страдал не только потому, что по-своему он любил Наталью и свыкся с ней за шесть лет, прожитых вместе, но и потому, что чувствовал себя виновным в ее смерти. Если бы при жизни Наталья осуществила свою угрозу — взяла детей и ушла жить к матери, если бы она умерла там, ожесточенная в ненависти к неверному мужу, Григорий, пожалуй, не с такой силой испытывал бы тяжесть утраты и, уж наверное, раскаяние не терзало бы его столь яростно.

Но со слов Ильиничны он знал, что Наталья простила ему все, что она любила его и вспоминала о нем до последней минуты. Это увеличивало его страдания, отягчало совесть укором, заставляло по-новому осмысливать прошлое и свое поведение в нем.

Григорий, который ранее относился к жене безразлично и даже неприязненно, потеплел к ней из-за детей: в нем проснулись отцовские чувства. Он готов был одно время жить с обеими женщинами, каждую из них любя по-своему, но после смерти жены на время почувствовал неприязнь к Аксинье. Ведь это она «выдала их отношения и тем самым толкнула Наталью на смерть».

Однако гибель Аксиньи вызывает у Григория еще более глубокие страдания. Он видел, как «кровь текла. из полуоткрытого рта Аксиньи, клокотала и булькала в горле. И Григорий, мертвея от ужаса, понял, что все кончено, что самое страшное, что только могло случиться в его жизни, — уже случилось».

Опять Мелехов невольно способствовал гибели близкой ему женщины, и на этот раз она умерла буквально у него на руках. С гибелью Аксиньи жизнь для Григория почти потеряла смысл. Хороня любимую, он думает, что «расстаются они ненадолго».

В «Тихом Доне» вообще очень много смертей. Умирают почти все члены семейства Мелеховых, и ни один курень на хуторе Татарском не обошла смерть. Так действительно было в гражданскую войну, когда погибло очень много казаков.

И гибель двух главных героинь в этом смысле закономерна. Смерть Натальи и смерть Аксиньи, по замыслу писателя, должны углубить одиночество Григория к финалу повествования, оставив его только с единственным уцелевшим сыном Мишаткой.

Обречены на гибель в шолоховском романе и сильная волевая Аксинья, и более слабая Наталья. Трагедия гражданской войны усиливает трагизм и любовной линии «Тихого Дона». Не может быть счастлив человек в такие годины, когда страдает весь его народ.

 
загрузка...

Рейтинг@Mail.ru